Дрогичин. Книга память. 500 лет вместе (Повествование о событиях периода Первой мировой и Гражданской войн) 
Военно-исторический музей
им. Дмитрия Карповича Удовикова

Дрогичин. Книга память. 500 лет вместе (Повествование о событиях периода Первой мировой и Гражданской войн)

Автор: Сергей Граник
Дата: 2021-01-08
Просмотров: 304
head>

Опубликовано издательством Yizkor Books in Print Project часть проекта Yizkor Books компании JewishGen, Inc. Собрал воспоминания и документы и отредактировал книгу Рабби Дов Б. Варшавски. Он является уроженцем местечка Дрогичин. Выехал в США за польским часом. В период оккупации Дрогичина фашистами в 1942г. гетто погибли все его близкие родственники.

Первоначально издание вышло в 1958 г. в г. Чикаго на идиш. Тираж очень быстро разошёлся, и поэтому спустя много лет книга была переиздана на английском языке. Вашему вниманию я представляю английско-язычный перевод с помощью программы «Pront» с моей последующей корректировкой и переработкой.

Ценность этого материала в его документальности. Ведь в период Первой мировой и Гражданской войн о событиях в Дрогичине нам сообщили только местные евреи, которые отказались эвакуироваться в Россию. Материал состоит из их воспоминаний. В предисловии к книге сказано:

«Наконец, после многих лет кропотливой и напряженной работы, мы представляем книгу «Дрогичин. Книга память. 500 лет вместе» нашим уважаемым друзьям и читателям. Эта книга должна служить памятником святой еврейской общине Дрогичина. Наших родителей больше нет! Наших братьев и сестер больше нет! Дрогичина, где старики жили в тишине и покое, где дети смеялись и играли на улице, больше нет! Приятные голоса детей больше никогда не будут услышаны, и наша радость будет поглощена яростью и страданиями.

Дрогичин, наш родной город, место, где стояли наши колыбели, место, где наши матери убаюкивали нас мелодиями еврейских песен и страхов. Дрогичин - любимый и родной штетл (местечко) нашей юности, где мы постигли трагедию еврейского народа. Немецкими фашистами в этом любимом нами штетле было убито около пяти тысяч евреев. Нам этих жертв не забыть никогда. Прощения убийцам не будет.

У тех из нас, кто был свидетелем холокоста, не хватает сил осмыслить великую катастрофу и размах трагедии. Это потому, что мы были слишком близки к постигшей нас беде. Евреи будут помнить крики своих детей в газовых камерах и их уничтожение в крематориях. Возможно, у наших потомков будут силы сохранить память об ужасной трагедии, постигшей наше поколение.

Однако молчать и не рассказывать нашим детям и миру о том, что немцы сделали с нами, и воздерживаться от увековечивания святой памяти мучеников было бы преступлением. Не хочется верить в то, что евреями за несколько десятилетий память о Дрогичине была бы полностью забыта.

В этом состоит цель этой книги. Описать будущим поколениям радости и печали примерно пятисотлетней еврейской общины Дрогичина и предать словами и изображениями память нашем штетле и его мучениках.

В начале августа 1914г. началась Первая мировая война. Это событие настолько шокировало жителей местечка Дрогичин, что буквально сразу прекратились разногласия между евреями хасидами и литваками. Всем было понятно, что в надвигающейся опасности выжить можно лишь сообща. Люди чувствовали, что наступают плохие времена, особенно для евреев. Многие молодые парни немедленно отправились в приграничные районы, чтобы успеть выехать в Соединенные Штаты Америки. На этот раз, однако, они обнаружили, что российские границы были плотно закрыты. Уехать из воюющей страны простому человеку было не возможно, особенно тому, кого могли мобилизовать на фронт. С первых дней войны начались проблемы с получением и возвращением банковских кредитов. Некоторые ринулись в банки, чтобы снять деньги, но счета оказались замороженными, и получить вклад было практически невозможно.

Поэтому любой, кто имел немного денег, старался их спрятать. Таким образом, ситуация постепенно ухудшилась. Осенью 1914г. в Дрогичин прибыли десятки семей беженцев, изгнанных из городов и поселков, расположенных вдоль линии фронта.

Местная власть старалась разместить беженцев в школах и больших частных домах, предоставив им питание и одежду. Местные чиновники, включая начальника полиции, получили задачу помочь правительству собрать как можно больше денег для военных нужд. Они ходили из дома в дом, требуя от каждого человека вносить от 1 до 3 рублей в государственную казну. Местные полицейские также ходили по сёлам и выписывали крестьянам квитанции на ежемесячные выплаты. Еврейское население своевременно платило свои взносы. Однако, когда полиция пошла собирать деньги по деревням у крестьян, они им как правило отвечали: «У нас нет денег. Поэтому можете нас отправить в тюрьму».

Когда немецкие войска подошли к Варшаве, российская полиция издала приказ перевезти все, что сделано из меди, бронзы и латуни, в том числе посуду, на склад, где всё было перечислено и зарегистрировано. Людям обещали, что после войны российское правительство заплатит за конфискованное имущество. Немцы быстро продвигались из Варшавы в направлении Бреста. Лето 1915г. был сухим, что принесло пользу обеим воюющим сторонам. В сухую погоду немцы могли продвигаться быстрее, а русские быстрее отступать. Кайзеровские войска очень быстро подошли к Бресту. Русские начали эвакуацию населения города и для нагнетания паники подожгли дома. Брест горел. В это время в Дрогичине многие евреи оказались в затруднительном положении. Им не хотелось расставаться с нажитым добром и поэтому они не спешили уезжать в Россию. Однако многие польские евреи, что на время останавливались в местечке, двинулись дальше на восток с русскими войсками. В начале августа 1915г. немцы без боя заняли Брест. Дрогичинцы поняли, что за их местечко русские будут сражаться. Отступающие русские войска получили приказ занять оборону между р. Ясельда (д. Старомлыны) и Королевским каналом (д. Заречка), чтобы дать своей армии время для организованного отступления и эвакуации имущества.

Все крестьяне Дрогичинщины были в ужасе от надвигающихся немцев. Ходило много разных сплетен и разговоров о жестокости кайзеровских солдат. Видимо их распространяли среди населения, что бы вызвать страх перед врагом и ускорить эвакуацию. По требованию казаков люди оставляли свои дома и семьями на телегах бежали на восток в Россию. Станции погрузки и сдачи лошадей находились в районе Лунинца. Евреи, однако, имели многолетний опыт царских погромов, и поскольку немцы считались сторонниками свободы, евреи решили остаться на месте. Стояла жара, что было весьма редко для августа. Окружавшее местечко Дрогичин болото Вион из-за засухи теперь стало сухим, как кость. Евреи решили вырыть окопы на болоте, чтобы можно было прятаться от пуль и снарядов во время боевых действий. Улицы Дрогичина были заполнены отступающими русскими солдатами и грузовиками, которые днем и ночью шли и двигались к Пинску. Оглушительный шум телег, лошадей и других животных, которых русские солдаты уводили с собой, наполнил воздух. Многие животные погибли от жажды и голода в пути. Что хуже, тысячи бежавших крестьян и их повозок добавили путаницы на узких дорогах среди болот и лесов. Все крестьяне предместий Заречка, Староселье и других деревень перемещались с русской армией. Не захотел уезжать из Дрогичина лишь один христианин, который был хозяином местной бани.

Готовились к отъезду и евреи. Каждый купил себе лошадь и повозку, чтобы, если в последнюю минуту русские решат изгнать евреев из города, у них будет возможность бежать. Многие не знали, как обращаться с лошадью и телегой и поэтому брали уроки, изучали и ремонтировали приобретённые телеги. Евреи провели первые две недели августа 1915г. копая на болоте укрытия от пуль и снарядов. Прежде всего, они спрятали своё самое ценное имущество. К середине месяца все было готово. Наступило какое-то затишье, видимо, перед надвигающейся бурей. Местечко наполнилось казаками, черкесами и пехотой. Это было явным признаком того, что немцы уже рядом. На главной дороге Дрогичина неожиданно начала выстраиваться колонна из сотен повозок, груженных имуществом. Как потом выяснилось, это были местные евреи с улицы Египетской, которые подверглись панике и собрались ехать на восток. Однако руководители местного кагала воспротивились их желанию и начали объяснять, что они не должны идти на такой риск, двигаясь группой по дороге, особенно во время засухи, ведь измождённые люди падали как мухи от голода и жажды. Когда до них дошло, что, поддавшись панике, они подвергают свою жизнь и жизнь своих детей опасности, они развернули телеги и возвратились домой. Вскоре эти люди, вооружившись лопатами, пошли копать укрытия. Позже они поблагодарили руководителей кагала, что их остановили. В один из таких дней первой половины августа 1915г. с наступлением темноты небо стало красным от зарева пожаров. Отступающие казаки начали жечь дома в деревнях вокруг Дрогичина. Теперь было понятно, что это и была последняя ночь перед боем за местечко. Между прочим, был интересный эпизод, когда в один из дней немецкий самолет сбросил бомбу, которая упала прямо на большой завод по производству спирта в д. Закозель. От взрыва были разрушены некоторые стены. В это время там были несколько евреев из д. Воловель и местечка Дрогичин, которые сливали оставшиеся спиртное. К счастью, бомба никого не ранила.

В тот же вечер, когда на горизонте стояло красное зарево, евреи собрали все свои ценные вещи и понесли их на своих плечах к вырытым укрытиям на Вионе. Спрятавшись в блиндажах, начали ждать штурма. Ровно в 12 часов ночи русские подожгли дома в местечке. От огня было светло как днём. Евреи стояли и смотрели, как их имущество превращается в дым.

Август 1915г. Бой за местечко Дрогичин

В пятницу днём раздались выстрелы и взрывы. Русские в это время покинули местечко и были в д. Липники. Самолеты летали над городом. Евреи были в ужасе от того, что самолеты бомбили траншеи, где прятались мирные граждане. Евреи кричали молитвы на протяжении всего обстрела.

В субботу утром часть прятавшихся жителей вышла из укрытий. Они пошли в сохранившийся целый дом, и провела субботние молитвы. Этот маленький дом пришелся кстати, так как в пятницу вечером внезапно выпало огромное количество осадков, которые затопили вырытые в земле укрытия. Промокшие насквозь люди с радостью заняли уцелевший домик.

Вечером в субботу обстрел прекратился, и евреи вышли из укрытий на улицу. Около полуночи стрельба началась снова и продолжалась до рассвета.

В воскресенье днем опять начался обстрел, но на этот раз все было намного хуже. Невозможно описать взрывы бомб обеих воюющих сторон. Домик, в котором евреи нашли укрытие, трясся и подпрыгивал, как мяч. Потом здание рухнуло. У людей даже не было возможности прочитать молитву и попросить Бога спасти их жизнь. На следующее утро все успокоилось. Стало тихо. Воздух был наполнен гарью и запахом пороха. Евреи вышли на дорогу и увидели несколько лошадей, которые были убиты осколками и лежали мертвыми. На улице нашли раненного осколком в руку Меера. Однако, кроме него, слава Богу, никто больше не пострадал.

Евреи сидели рядом укрытиями и разговаривали. В понедельник вечером стрельба началась снова, заставив всех вернуться в окопы, где люди оставались, охваченные страхом до темноты. Когда стрельба снова прекратилась, люди выбрались из окопов на свежий воздух, чувствуя себя счастливыми и взволнованными. Утром во вторник на дороге появились первые немцы. Это означало, что бой за Дрогичин закончился. Все были так рады видеть немцев, что несколько евреев подбежали к ним и поцеловали их.

Дрогичин под немецкой оккупацией

Как только немцы вошли в Дрогичин, евреи собрали свои вещи и пошли искать жильё. К сожалению, они увидели, что только центральная улица, и улица с мостом, ведущая к церкви, остались несгоревшими. Евреи пошли посмотреть на те улицы, где жили не евреи. Любой, кто мог бежать достаточно быстро, немедленно становился владельцем дома и сарая, заполненного зерном, которое было оставлено крестьянами. Кроме того, все вернулись, чтобы откопать имущество, которое закопали ранее. Евреи также выкапывали имущество, которое крестьяне попрятали перед отходом в беженцы.

Стоит отметить трагический случай Мойши Менделя. Он пошел, чтобы забрать свои вещи, которые были спрятаны в духовке печки. Однако, когда он открыл дверку, печка рухнула на него. Услышав крики, соседи разобрали лежащую над ним кучу кирпича и сумели вытащить его из могилы, в которой он был похоронен заживо. К сожалению, прожив несколько дней, Мойша Мендель умер от полученных травм. Он стал первой жертвой войны.

После прихода немцев евреи решили создать в местечке комитет по предотвращению насилия, беззакония и мародёрства. В Комитет вошли следующие люди: раввин Исаак Каленкович, Захария Шмид, Залман Буниес, Хаим Биньямин, Давид Варшавский, Хаим Гершель, Зуша Варшавский. Комитет уведомил немецкого коменданта Дрогичина о существовании временной гражданской власти и о том, что немецкое командование должно консультироваться с комитетом по всем местным вопросам. Вскоре после этого в Дрогичине вспыхнула эпидемия тифа и дифтерии. Жертвы эпидемии, и молодые и старые начали падать на улицах, как мухи. Почти все евреи-беженцы, приехавшие в Дрогичин из Польши и Бреста, погибли в результате эпидемии. Они оставили своих детей сиротами. Никто не хотел брать на себя опеку или заботу о несчастных сиротах. Однако местный комитет взял на себя ответственность за сирот, а также за слабых и больных, которые не могли себя обеспечить и прокормить.

Комитет также обязался присматривать за домовладениями, которые уцелели после пожара. В первую очередь их отдавали тем, кто потерял всё своё имущество.

Еврейский мэр и полиция

После оккупации Дрогичина кайзеровскими войсками, немецкий комендант, опираясь на еврейский комитет, немедленно приступил к наведению порядка в городе Во-первых, он назначил мэром, Дэвида Чацкеля (из Лодзи); а его заместителем Нохума Гершеля и четверых еврейских полицейских. Люди в городе были не слишком довольны новым мэром и его заместителем, так как их плохо знали. Однако еврейские полицейские смогли завоевать симпатию евреев, так как их знали все хорошо и им доверяли. Комендант также установил немецкий патруль, который днем и ночью патрулировал Дрогичин.

Жители также получили немецкого врача по фамилии Миллер, чья медицинская помощь была крайне необходима. Комендант приказал переоборудовать три дома под временную больницу для пациентов, за которыми ухаживали добровольцы.

Население начало заготавливать питание на зиму, так как было понятно, что разрушенная железная дорога не сможет обеспечить припасами. Продуктовых магазинов не было, в течение нескольких месяцев люди ходили на близлежащие поля собирать картошку, брюкву, свеклу и капусту, которую крестьяне оставили в земле.

Проблемы не заканчивались. Русские сожгли три четверти Дрогичина, тысячи евреев остались без крова.

В октябре 1915г. в деревне Староселье неожиданно вспыхнул пожар, тушить который было некому и нечем. Многие ещё раз потеряли всё свое имущество. В этот раз евреям пришлось идти и расселяться в пустующих крестьянских домах близлежащих деревень Беленок, Симоновичи, Лосинцы, Дуброва, Липники, Залужье, Ровины, Салово и других.

Выяснилось, однако, что пожар в Староселье принёс некую пользу. Жертвы пожара смогли найти хорошие места для жизни в деревнях с сараями, заполненными зерном и картофелем. Кроме того, они были избавлены от эпидемии, которая бушевала в Дрогичине всю зиму.

Людям не разрешалось выходить за пределы местечка. Мост на речке Пинка стал границей, и никто не мог перейти на другую сторону. Евреям даже не разрешили посещать новое кладбище на восточной окраине без специального разрешения коменданта Дрогичина.

Таким образом, евреи должны были хоронить мертвых на старом кладбище, которое было сразу же за речкой.

Новый городской Совет

Жители города были недовольны деятельностью мэра, который был из польской Лодзи и назначен немцами. Они направили прошение немецкому коменданту об избрании нового мэра. Комендант, бывшим либеральным человеком, удовлетворил их просьбу. Он созвал собрание.

Комендант, его помощник и действующий мэр пришли на собрание. Они провели беседы с каждым человеком и спрашивали – «Кто достоин быть мэром?». Услышав мнение людей, комендант разрешил выбрать делегацию из 4 человек и прийти к нему на следующий день. Тогда он назовет, кто будет мэром. На следующий день Давид Варшавский, Захария Шмидт, Хаим Гершель, Израэль Фельдман отправились на прием к коменданту. На встрече он объявил, что мэром будет старший по возрасту из тех, кто пришёл, назначил казначея и членов комитета управления. Затем комендант приказал получить на складе сахар, загрузить им и другой едой автомобиль и раздать всё это нуждающимся жителям. Комендант выдал назначенным документы, подтверждающие, что они теперь являемся официальным городским комитетом.

Комитет немедленно приступил к работе. Он арендовал большое зернохранилище для хранения сахара и продуктов. Вскоре на ст. Нагорье прибыл первый вагон с продуктами. Еврейский комитет раздавал их по всем населенным пунктам и, в первую очередь евреям в Дрогичине, исходя из состава семьи. Город ожил, так как никто не видел сахара в течение многих месяцев. Улучшилась и жизнь больным тифом. Их стали лучше кормить и лечить. Доход, полученный от продажи части продуктов и сахара комитетом, был использован для поддержки больницы и приобретения медикаментов для лечения пациентов. Следует отметить, что главным активистом в больнице была Хаша Левина, жена Гершеля Левина. Она ухаживала за больными, работала со сверхчеловеческим напряжением, пока сама не заболела тифом/

Были также собраны деньги, чтобы восстановить общественную баню и микву [ритуальную баню]. Городской комитет даже начал задумываться о строительстве школы для еврейских детей.

В течение всего периода немецкой оккупации магазинов не было, и люди должны были довольны продуктами питания, которые комитет получал от коменданта.

Немецкая железная дисциплина

Постепенно жители начали привыкать к новой оккупационной власти. Единственное, что негативно повлияло на всех, это немецкая военная дисциплина и принудительный труд. Люди чувствовали себя заключенными. Было введено много запретов. Все еврейские молодые люди должны были месяцами рубить деревья в лесу, которые затем вывозили по железной дороге в Германию. Они разбирали крестьянские дома в деревнях и использовали их для прокладывания дорог и строительства тротуаров. Еврейская молодежь спала в казармах, а на работе трудились под жарким солнцем, проливными дождями и снегом. Неудивительно, что после нескольких месяцев принудительных работ они возвращались домой уставшие и больные.

Ни одному жителю Дрогичина не разрешили выйти за мост. Если кто-то бродил в нескольких шагах от моста, немецкий патруль его останавливал и приковывал к мосту наручниками, оставляя так до ночи. Немецкий комендант разрешил каждому дому зажигать только одну масляную лампу после наступления темноты. В первую пятницу после приказа, когда еврейские женщины зажигали субботние свечи в дополнение к своим масляным лампам, немецкие солдаты ходили по домам, записывая их имена. На следующий день, в субботу утром немцы привели всех женщин, попавших в список, на рыночную площадь, поставили их в колонну и отправили на мост. В качестве наказания комендант заставил их стоять перед вооруженными немецкими охранниками в течение четырех часов.

Евреи, занятые в сельском хозяйстве

В годы войны большинство евреев работало в сельском хозяйстве. Каждый, кто хотел, мог взять часть поля, покинутого крестьянами, и обрабатывать землю так, если бы он был опытным фермером. У многих евреев было достаточно хлеба и картофеля для собственных нужд, а излишки шли для продажи или обмена на товар. Тем жителям, которые не занимались сельским хозяйством, приходилось платить высокую цену за еду. Они постоянно голодали.

У евреев, работающих на земле, также имелись коровы, и поэтому у них были запасы молока, масла и сыра. У скота не было недостатка в пастбищах, но проблема заключалась в нехватке пастухов. Поэтому в деревнях назначали по два еврейских молодых человека, которые пасли коров.

Частный бизнес

На втором году немецкой оккупации повседневная жизнь начала нормализоваться, размеры эпидемии стали уменьшаться. Евреи постепенно занялись привычным для них бизнесом. Люди начали покупать и продавать товар нелегально. Евреи привозили разные товары: кожу, продукты и посуду в Дрогичин из Пинска. Это делалось по разрешению коменданта и с немецким конвоем на повозке. С молчаливого одобрения немцев они обменивали привезённые вещи на мешок ржи или несколько фунтов картофеля, который был продуктом для голодных жителей Пинска. Люди перевозили продукты в вагонах из Бреста, Бяла-Подляски, Хэлма и других городов в Дрогичин, обменивали их на зерно или произведённые кустарным способом товары. По ходившим слухам, в городе Слоним можно было купить продукты, и евреи, которые никогда не знали сути производства, отправились в Слоним и привозили в Дрогичин пачки промышленных товаров. Никто не интересовался ценами и платил столько, сколько просил продавец. Они продолжали ездить в Слоним, пока запасы там не были исчерпаны.

Особенно выгодной была торговля спиртом. С разрешения немецкого коменданта (в обмен, конечно, на приятные подарки) некоторые евреи начали производить алкоголь. В частности, в Закозеле значительно выросло производство спирта. Там было установлено специальное оборудование для производства. На этом заводе работали евреи из Дрогичина и Воловля. За короткий срок те, кто владел доступом к спирту, разбогател. В течение трех лет немецкой оккупации немецкая марка и российские бумажные рубли были признанной валютой. Однако немцы немедленно изъяли российские золотые монеты из обращения с помощью хитрости: они наложили штрафы на гражданское население, которые подлежали уплате в российских золотых рублях. После этого в обращении появились новые свежие русские рубли 1917 года. Старые царские рубли перестали использоваться, и некоторые евреи потеряли много денег из-за этого. Однако из-за начавшейся в России инфляции люди начали отказываться от новых российских рублей «керенок». Евреи снова начали терять доходы. Начался возврат к бартеру.

Город начинает застраиваться

Когда евреи увидели, как немцы рубят деревья в лесах и отправляют в Германию, поняли, что они могут делать то же самое. Сделав подарок коменданту, евреи стали уходить в лес, рубить деревья и доставлять их в город. Этим занимались все, кто имел и даже не имел лошадь. (Мобилизация на заготовку леса 1916г. 85) И днём и ночью шёл поток леса в местечко. Часть евреев ездили в деревни и перевозили целые крестьянские дома в Дрогичин. За несколько месяцев в Дрогичине было построено много новых домов.

Старая еврейская школа была перестроена так же, как и общинный дом обучения. Тот, у кого были лошадь и повозка, предлагал привезти дрова из леса. Ремесленники добровольно предлагали свои услуги, в то время как другие помогали деньгами. За короткое время Старая синагога была восстановлена.

Немцев меняют поляки

В конце 1918г. Германия капитулировала. Немцы начали возвращаться домой. После того, как немцы ушли из Дрогичина, в городе не было гражданской власти. Евреи быстро создали подразделение самообороны, вооруженное несколькими ржавыми винтовками. Их задачей было осуществление защиты жителей от мародёров.

Несколько недель спустя в Дрогичин прибыла группа большевиков. Она была хорошо встречена жителями. Люди принимали большевиков как гостей в своих домах, обеспечивая их проживанием и питанием. Со своей стороны, большевики были очень почтительны и давали огромные обещания евреям. Вечером большевики уехали в направлении Антополя, а на следующее утро евреи Дрогичина увидели, как некоторые из них возвращаются обратно. В Антополе большевики столкнулась с большой группой поляков, которые их избили.

На той же неделе поляки вошли в Дрогичин. Было ощущение, что прибывают настоящие «хозяева» Дрогичина.

Польская армия была оснащена всеми видами оружия и хорошо одета. В тот же вечер они уехали из города в направлении Янова. Однако оставили в городе коменданта и полицейских для поддержания порядка, а также представителей польского суда. Новые хозяева назначили мэром Арона Шифера. Мирная жизнь в городе опять стала налаживаться. Евреи постепенно стали восстанавливать свою торговую активность.

Большевики вытесняют поляков

Дрогичинцы, еле переведя дух, столкнулись с новыми неприятностями. Всего через два коротких месяца после того, как поляки захватили Пинскую область, большевики изгнали их. В один из дней поляки ворвалась в хасидскую синагогу, во время проведения богослужения. Затем они пошли за скотом евреев-земледельцев и забрали животных. Банды вооруженных поляков бегали из дома в дом, грабя и жестоко избивая евреев. Они хватили обувь всех евреев-мужчин и женщин, а ночью из домов раздавались ужасные вопли, где польские бандиты грабили беспомощных евреев.

Однажды пара поляков ворвалась в дом одного еврея и потребовала денег. Они обыскали дом, и ничего не нашли. Тогда направили на хозяина дома оружие, угрожая убить, если он не покажет им, где спрятаны деньги. Испугавшись произвола, семья заплакала. Только с большим трудом они смогли заставить поляков уйти. Мародерство, избиение и насилие продолжалось целую неделю, пока последний польский солдат не был изгнан из Дрогичина наступающими большевиками.

Когда большевики прибыли в Дрогичин, все евреи вышли из своих укрытий на улицу. Маленькие дети следовали за большевиками без всякого страха.

Многие пострадали и от большевиков. Как известно, большевики искали кожаные изделия и другие ценные предметы. К еврею, который работал в кожаном бизнесе, пришла домой группа большевистских командиров. Он отдал им все запасы кожи, которые были в наличии. Они заплатили ему своими бумажными деньгами, которые ничего не стоили. У многих забирали всё, что им приглянулось, рассчитываясь советскими деньгами, за которые невозможно было что-либо купить. Жизнь в городе была спокойной, и жители продолжили обычную сельскохозяйственную работу. Евреи начали собирать урожай картофеля, и большевики помогли им с работой. Однако никто из евреев не верил, что большевики с их голодными и разутыми солдатами останутся в городе надолго.

Поляки изгоняют большевиков

Тем временем, поляки получили помощь от других стран и начали изгонять большевиков, которые уже были под Варшавой. Именно там Юзеф Пилсудский, проведя перегруппировку армии, нанёс сокрушительный удар по войскам Тухачевского. Жители Дрогичина услышали новость о том, что большевики отступают и что им снова придется столкнуться с поляками, и это известие привело их в испуг. Вскоре через Дрогичин пошли первые отступающие солдаты Красной армии.

В конце августа Дрогичин попал под перекрестный огонь между поляками и большевиками. Снаряды с обеих сторон пролетали над головами прятавшихся евреев. Многие разрывались в местечке. После того, как обстрел прекратился, евреи вышли из подвалов, рвов и вернулись в свои дома. Глядя через задрапированные окна, увидели, как поляки маршируют по улицам. Никто не осмелился высунуть голову за дверь. Все были в ужасе от того, что может принести следующий день. Когда поляки ушли на фронт в направлении Пинска, Дрогичин оказался без какой-либо власти и управления. На всё население выделили несколько жандармов, но они не обеспечивали безопасности жителей местечка.

Банды, отколовшиеся от польской армии, проникали в деревни и местечки для грабежа. В Камень-Каширском они совершили страшные убийства 90 евреев. Эта страшная весть быстро распространилась по всему Полесью.

Возле Дрогичина появились группы вооружённых бандитов. Ночью они пробирались в местечко, чтобы грабить. Евреи жили в постоянном страхе за свою жизнь. Группа молодых людей решила организовать подразделение охраны. В четырех районах местечка на ночь зажигали костры и выставляли охрану.

Молодые и старые евреи сидели у костров, ходили от одного костра к другому. Многие жители в тот период выбрали самое безопасное место для ночлега - у костра. Эта тактика защиты была успешной, и поэтому банды не приходили по ночам в Дрогичин

Резня в Закозеле

В местечке говорили, что прибыла большая группа добровольцев армии Пилсудского. Они остановились во дворе имения Бронное возле Дрогичина. Все прибывшие говорили по-русски. По поступившей информации, это были попавшие в плен под Варшавой красноармейцы, которые добровольно перешли на сторону поляков. Группа легионеров остановилась у дома Элияху Лейбки. Один отделился от них, слез с коня и вошёл в дом. Его лицо было перекошено ненавистью. Увидев хозяев, легионер рывком вытащил казачью плеть и замахнулся на них, но не ударил, а лишь щёлкнул. Начал осматривать шкафы в поисках чего-нибудь ценного. Через полчаса ничего не найдя, вышел из дома Элияху Лейбки, вскочил на коня и уехал.

Известие о прибытии легионеров мгновенно облетело местечко. Евреев охватил панический страх. Все улицы были пусты, люди попрятались. Позже евреи узнали, что легионер намеревался убить всех, кто был в доме Лейбки из-за того, что ему не дали денег. Каким-то чудом евреи нашли польского жандарма Петровского, представителя знаменитой польской семьи, которая жила в Дрогичине. Прибыв на место инцидента, Петровский приказал легионеру немедленно убраться из местечка. Понимая, что прибывшие поляки хотят провести еврейский погром в Дрогичине, Петровский объявил, что он назначен польскими властями для обеспечения безопасности, и приказал легионерам покинуть местечко. На этот раз всё обошлось.

Поскольку легионеры не смогли ограбить евреев в Дрогичине, на следующий день они напали на Закозель, где убили 17 еврейских беженцев из Любешова. Сын Эзры Мишивера был застрелен бандитами, когда он лежал больной в постели. Его мать, которая ухаживала за ним, также была убита. Её дочь, сбежавшая и спрятавшаяся на дереве, была найдена и расстреляна бандитами. Закончив свою отвратительную работу, группа легионеров отправилась в Пинск. (Спустя несколько месяцев польские власти сообщили, что учинившие расправу в Закозеле решением военного трибунала были расстреляны).

Евреи из села Воловель услышав о резне в ту же ночь сразу же пришли в Закозель, но все, что им оставалось сделать, - это читать псалмы для жертв. На следующий день они послали гонца, чтобы сообщить евреям Дрогичина об ужасном убийстве. Невозможно описать влияние резни в Закозеле на евреев. Еще более печально стало, когда через несколько дней мучеников Закозеля привезли в Дрогичин для захоронения на еврейском кладбище. Все евреи в городе плакали, сопровождая 17 жертв на вечный покой.

Резня в Закозеле была предупреждением для всех евреев о том, что их может ожидать в Польше. Что бы не повторить этого, было принято решение отправить человека в Кобрин, где были размещены польское командование и многие полицейские, с просьбой выделить охрану в помощь полиции Дрогичина. Вопрос был лишь в том, кто должен был совершить опасную поездку в Кобрин и рискнуть своей жизнью? В то время не было никаких поездов, так как пути были разрушены. Однако из тысячи мужчин рискнул поехать за подмогой только один Арон Толковский. Он поставленную задачу выполнил.

Грабежи в Дрогичине

Когда Арон направлялся в Кобрин, четыре польских легионера прибыли в Дрогичин для поиска места для выпечки хлеба солдатам, работающим на восстановлении железнодорожных путей. Было решено, что для них испекут хлеб в доме Гершеля-Сапожника. Семья Гершеля получив задание, сразу же начала работать. Солдаты также остались на постой в доме. Для евреев жить с несколькими польскими солдатами было безопасно. На третью ночь, около полуночи, соседи Гершеля внезапно услышали стук в дверь. По крикам было понятно, что к ним пытаются попасть легионеры. Хозяин дома велел жене и детям вылезти из окна и перейти в дом Гершеля. Когда открыли дверь, то четверо легионеров ворвались с револьверами и приказали накрыть стол с хлебом, яйцами, сыром и молоком, а также сдать доллары и драгоценности. Они предупредили, что если их требование не выполнят, то они сделают с евреями то же, что и в Камень-Каширском. Услышав шум, те легионеры, что были у Гершеля в доме, оделись, схватили оружие и пошли посмотреть, кто пришёл грабить. Оказалось, что они знакомы. После того, как легионеры поели, они приказали хозяину дома подготовить кровати, чтобы они могли переночевать. Видимо, чтобы напугать, один из бандитов все время нацеливал на хозяина дома свой револьвер и щёлкал курком. Однако хозяин не испугался такого поведения. Он со спокойствием и улыбкой взял револьвер из руки бандита и сказал «Не балуйся оружием!». Это смутило легионера и он спрятал револьвер. После этого бандиты почти сразу уснули. Увидев уснувших, хозяин стал выходить из комнаты, и в этот момент один из легионеров позвал его на идиш. Он сказал, что они не причинят вреда, но они хотят, чтобы хозяин дал им две тысячи марок, и они покинут Дрогичин.

В ту же ночь евреям сообщили, что целая бригада легионеров направляется в Дрогичин и прибудет к утру. Вы можете представить, что евреи должны были чувствовать. Утром новые "гости" начали прибывать в город. Все улицы наполнились легионерами. Поддерживали порядок шесть польских жандармов. Один из них стал на повозку и помахал кнутом, весело крича. Это был Арон Толковский, который возвратился в Дрогичин с польскими полицейскими. Он намеренно вытащил кнут, чтобы показать легионерам то, что местечко больше не находится под их контролем. Евреи стали чувствовать себя намного увереннее. Четырем легионерам, которые ночевали в доме, дали 2000 марок, и они покинули местечко. Дальнейший их путь лежал через Огдемер в направлении Янова.

По дороге в Липниках эти четыре легионера остановились у дома Шломо, где снова начали хулиганить. Сыновья Шломо бросились бежать, а хулиганы начали стрелять им вслед и тяжело ранили одного из братьев.

В первый день командир легионеров созвал еврейский комитет в Дрогичине и, к всеобщему удивлению, заявил, что никого не следует бояться, и что в местечке будет мирно. Он разослал патрули по всем улицам, приказал наказывать любого солдата, который будет беспокоить евреев. По его распоряжению после 18:00 на улице не должно было быть ни одного солдата. Он также пообещал предоставить пшеничную муку для выпечки хлеба. Командир сдержал своё слово. Следующие несколько ночей евреи хорошо спали. Многие еврейские семьи начали печь белый хлеб для легионеров и оставляли часть себе для питания. Они воспользовались возможностью, чтобы испечь белый хлеб, который не пробовали с 1915 года.

Однако настораживало евреев то, что легионеры на русском языке пели антисемитские песни с призывами к погромам. Но это были только песни.

Перед тем, как легионеры покинули Дрогичин, их командир связался с местечковым комитетом, попросил подписать документ, что они вели себя хорошо, находясь на постое в Дрогичине. Евреи дали ему тот документ

Дрогичин при польском режиме

После того, как легионеры покинули Дрогичин, польские власти создали гражданскую администрацию и навели порядок в городе. После окончания советско-польской войны помощь начала поступать из Соединенных Штатов Америки. Несколько вагонов с рисом, белой мукой, коробками с одеждой и инструментами прибыли из США. Это была знаменитая миссия президента Гувера, цель которой заключалась в оказании помощи пострадавшему от войны населению и детям. Элияху Эйзенштейн, приехавший в Дрогичин из Америки в качестве представителя гуманитарной миссии, привёз много денег. Эйзенштейн выделил деньги на строительство еврейской религиозной начальной школы и профинансировал образовательную школу. В частности, была оказана помощь женщинам, чьи мужья находились в Соединенных Штатах, и которые сильно нуждались, испытывая голод во время войны. Магазины снова открылись.

Тем не менее, жителям Дрогичина ещё пришлось пережить много страданий от антисемитизма поляков, русских и украинцев. В частности, солдаты армии генерала Геллера проявили антисемитское поведение. Солдаты были завербованы в Соединенных Штатах добровольцами. Они стригли бороды еврейским мужчинам, сбрасывали евреев с движущихся поездов. По рассказу одного еврея, который ехал поездом из Варшавы в Брест и далее в поезд, шедший на Пинск, села группа солдат генерала Геллера. Проводник, заметив опасность, с которой мог столкнуться ехавший еврей, немедленно спрятал его в своём купе. Однако солдаты заметили еврея и начали его искать по вагону и стучать в двери, пока проводник не заверил их, что еврей вышел на остановке в Жабинке. Затем они ушли.

Поскольку евреи чувствовали, что им не позволят антисемиты спокойно жить при польском режиме, то начали думать об отъезде в Соединенные Штаты Америки. Однако в поисках лучшей доли выезжали в Западные страны и Америку не только евреи, но и представители других национальностей, живших в Западной Беларуси.

В течение 1920 и 1921гг. из эвакуации и с фронтов Гражданской войны, а так же из плена в родные места вернулись много христиан. Начались проблемы, связанные с занятыми евреями домами, хозяева которых потребовали их вернуть. Но эти вопросы разрешались уже созданными местными органами власти за счёт тех, кто не вернулся или пропал без вести во время войн. Начался новый этап истории местечка Дрогичин, который вошёл в истории под названием «За польскім часам». Но это уже следующее исследование о котором мы Вам обязательно расскажем.

Сергей Граник

Последние материалы

В боях за Дрогичин
Приближается 75 - лет со дня освобождения Беларуси и нашего Дрогичинского района от немецко-фашистских оккупантов. Эти события, несомненно, являются одним из основных праздников в жизни белорусского народа и дрогичинцев. Мы рады тому, что день освобождения Минска 3 июля 1944г. стал днём Независимости Республики Беларусь. Это для нас по существу самый главный праздник, ибо свобода и независимость для каждого народа является извечной ценностью и достоянием которое нужно беречь.
Система начального образования в Кобринском уезде Гродненской губернии в начале 20-го века на примере исследования документов Антопольского народного училища
Система образования прошлого, несомненно, привлекает исследователей и тех, кто интересуется историй родного края. В архивах и музеях имеется большое количество документов и предметов, рассказывающих об образовании в прошлом. Их исследования проводятся постоянно. Однако в связи с тем, что 2018 и 2019гг. в нашей республике объявлены годами малой Родины, проводить исследования исторического прошлого стало ещё более актуально и значимо.
Моя семья и немецкий национал-социализм
Наш Военно-исторический музей им. Д. Удовикова имеет неплохую научную базу для тех, кто хочет найти интересную информацию об историческом прошлом родного края и тех, кто родился и жил на Дрогичинской земле. В фондах музея есть копии документов из архива КГБ, а также книги учёта тех, кто в послевоенное время вернулся из Германии, где был в качестве остарбайтера. Почему меня лично интересует эта полузабытая тема?
ДРОГИЧИНСКИЙ ПОВЕТ В 1920-1937 гг. (Экономическое положение и революционное движение трудящихся за социальное и национальное освобождение и воссоединение с БССР).
Шёл 1920 год. На белорусские земли яростно наступали белопольские войска, поддерживавшиеся империалистами Западной Европы и Америки. Предложение В. И. Ленина о мире было отвергнуто воинствующей польской буржуазией и помещиками. Польское командование, создав перевес сил на фронте, с помощью империалистических государств, в середине августа 1920 г.
Трагическая судьба отца и сына
Каждый музей является своего рода научно-исследовательским учреждением, которое изучает не только историческое прошлое определённой территории, но и судьбу земляков ? участников исторических событий. Иногда собранный по крупицам материал, сложенный в кучу, позволяет исследователям сделать вывод о том, как развивались исторические события и какова роль в них простого человека.

ОБРАТИТЕ ВНИМАНИЕ!
Экскурсии в государственных музеях имеют право проводить только штатные научные сотрудники данных музеев

Военно-исторический музей
им. Д.К. Удовикова

Адрес: г. Дрогичин, ул. Ленина, д. 163, Республика Беларусь, Брестская обл.

Время работы: 8:00-13:00, 14:00-17:00, без выходных

Телефон: (801644) 3 14 22

Цена билета: Для учащихся, военнослужащих и приравненных к ним лицам - 50 коп. Для остальных категорий населения - 70 коп.

Цена экскурсии: Для учащихся, военнослужащих и приравненных к ним лицам - 4 руб. 20 коп. Для остальных категорий населения - 5 руб. 30 коп.

E-mail: dwhm@tut.by
Группа музея в vk.com
Группа музея в Facebook

Полезные ссылки